Насколько объективны мировые рейтинги вузов?

11 марта 2026 года в формате видеоконференцсвязи прошел круглый стол «Международные глобальные рейтинги и целесообразность их использования в оценке конкурентоспособности университетов. Отношение академических сообществ мира к глобальным рейтингам». Мероприятие организовала Комиссия Общественной палаты Российской Федерации по развитию высшего образования и науки.

Специалисты в области высшего образования попытались ответить на вопрос, стоит ли российским вузам продолжать гонку за позициями в глобальных рейтингах, и насколько они отражают реальное качество образования и научного потенциала. В центре дискуссии оказались не только рейтинговые методики, но и отношение самих академических кругов мира к подобным сравнениям.

Как отметил во вступительном слове Барасби Карамурзов, советский и российский физик, академик Российской академии образования, заслуженный деятель науки Российской Федерации, экс-президент Кабардино-Балкарского государственного университета имени Х. М. Бербекова, глобальные рейтинги – одновременно инструмент формирования репутации вуза и средство интенсивной борьбы в образовательной сфере. Несмотря на обилие критериев в системах оценивания, эксперт выделяет для себя два ключевых показателя: качество обучения и качество преподавания в университетах. 

Также Барасби Карамурзов обратил внимание аудитории на два фактора: несмотря на массовый приток нобелевских лауреатов со всего мира в США и страны Западной Европы, а также кажущееся единство критериев западных систем оценивания, рассогласование между местами вуза в рейтингах иногда достигает 900 позиций. Он пояснил, что оценивание по общему числу цитирований и количеству цитирований на одну статью приводит к формированию некорректной статистики: по таким расчетным показателям даже Гамбия в западных рейтингах превосходит Россию, поскольку полноценно не учитываются наукометрические данные, социальная мобильность и служение обществу, не проводится оценка образовательной деятельности.

«Хочу отметить следующее: отечественная система высшего образования – гумбольдтовского типа: образование неразрывно связано с наукой, студентов учат не только навыкам профессии, но и методам научного познания, считается, что профессор обязан заниматься наукой, а студент – вовлекаться в исследовательскую работу, делается упор на широкую теоретическую базу, а не только на узкие прикладные навыки. Даже технические вузы в СССР (МФТИ, МИФИ) строились на этом принципе: готовить инженеров через фундаментальную науку. Поэтому гумбольдтовская традиция стала для нас родной. Глобальные рейтинги (Quacquarelli Symonds, Times Higher Eduction, Academic Ranking of World Universities – «Большая Тройка») были созданы под конкретную модель западного (в первую очередь англосаксонского) университета. Они оценивают вузы по чуждым для нашей системы критериям», – заявил Барасби Карамурзов. 

Основные причины несовместимости, по мнению эксперта, таковы:

– Во-первых, западные рейтинги сильно зависят от субъективных опросов академических экспертов и работодателей по всему миру. Российские вузы, даже очень сильные, там часто менее известны, чем старые английские или американские университеты, и получают низкие баллы просто из-за «узнаваемости бренда», а не качества образования. 

– Во-вторых, в западных рейтингах учитываются научные публикации и цитируемость в международных базах (Scopus, Web of Science), которые ориентированы на английский язык. Российская наука традиционно публиковалась на русском языке для внутреннего использования и решения задач реального сектора экономики страны. С точки зрения рейтинга, эти статьи как бы «невидимы» и не приносят баллов, хотя могут быть прорывными для как для отечественной, так и для мировой науки. 

– В-третьих, англосаксонские системы оценивания любят вузы с огромным количеством иностранных студентов и преподавателей. Для России, где главная задача – готовить кадры для своей страны, этот показатель часто не является самоцелью. Наличие 30 % иностранцев не делает образование лучше для резидента РФ, но рейтинг в этом случае растет. 

Однако, отмечает Барасби Карамурзов, и среди западных вузов есть «белые вороны», не согласные с европейской системой рейтингования. Так, Утрехтский университет с 2024 года отказался предоставлять данные в общепринятые системы оценивания и предложил встречную инициативу – More Than Our Rank, впоследствии поддержанную Европейским консорциумом инновационных университетов.

«Сохраняется потребность в рейтингах, отражающих разнообразие высшего образования в мире. Пока что глобальные рейтинги выдают иерархию престижа за иерархию качества, значит, к оценке качества необходим альтернативный подход, учитывающий внутристрановые различия между вузами и международные аспекты, новые схемы оценки наукометрических показателей, не повторяющих «Большую Тройку» глобальных рейтингов. Для разработки нужных критериев внутри Российской Федерации предлагаю создать рабочую группу из уполномоченных ведомств. В задачи рабочей группы предлагаю также включить создание каталога критериев для рейтинга университетов стран БРИКС», – заключил Барасби Карамурзов. 

Николай Подуфалов, советский и российский ученый-математик, доктор физико-математических наук, профессор, экс-ректор Красноярского государственного университета, академик Российской академии образования, член президиума РАО, подчеркнул, что перед экспертным сообществом стоит две тесно взаимосвязанных важных задачи: доработка Московского международного рейтинга «Три миссии университета» и рейтинга стран-участник альянса БРИКС плюс формирование концепции университета будущего. Эксперт обратил внимание на парадокс: основными заказчиками новых критериев рейтингования являются ведущие университеты, которые и так ежегодно попадают в топ систем оценивания. Николай Подуфалов дополнил предложение Барасби Карамурзова идеей о создании каталога баз данных, нужных для рейтинга БРИКС, с предварительным проведением социологических исследований внутри каждого вуза-участника (разработчика) рейтинга.

Владимир Зернов, ректор Российского нового университета, академик-секретарь Российской академии образования заострил внимание на нобелевских лауреатах и заявил, что для их подготовки необходима надлежащая научная школа, такая, как, например, была в МФТИ в его студенческие годы. 

Владимир Зернов обратил внимание на важность достижения технологического суверенитета страны для попадания в топы отечественных рейтингов. Глобальные рейтинги, подчеркнул ректор РосНОУ, оценивают медийность и интеграцию в западную академическую систему, а не качество подготовки инженера или врача для российской экономики. По мнению эксперта, государству не нужна погоня за чуждыми нашей системе образования показателями. Технологический суверенитет стал ключевым критерием в оценке университетов, поскольку отечественные рейтинги смещают фокус с абстрактных международных показателей на реальный вклад вузов в развитие страны.

«Программы развития вузов (например, «Приоритет-2030») теперь напрямую увязаны с задачами обеспечения технологической независимости. Университеты, которые успешно решают эти задачи, получают финансирование и, как следствие, высокие места в национальных рейтингах. Технологический суверенитет требует инженеров и исследователей, способных создавать отечественные технологии. Рейтинги оценивают, насколько вузы готовят таких специалистов и закрывают кадровый голод в промышленности. В новой модели ценятся не просто статьи в зарубежных журналах, а реальные разработки и патенты, созданные в партнерстве с предприятиями. Рейтинги фиксируют эффективность этого взаимодействия. Рейтинги оценивают способность вуза работать на внутренний рынок и кооперироваться с отечественными компаниями, а не гнаться за показателями международной интеграции», – отметил ректор РосНОУ.

Дмитрий Гришанков, генеральный директор рейтингового агентства RAEX, глава Ассоциации составителей рейтингов (АСР), советник Президента РСР, заместитель председателя общественного совета при Минобрнауки России, подчеркнул, что создание национальной системы оценки университетов является, в первую очередь, вопросом целеполагания, а не поиска идеальных метрик. 

«Если у нас уже есть работающие инструменты, такие как рейтинг «Три миссии университета», не нужно изобретать велосипед – иначе процесс бесконечной доработки затянется на годы, и мы никогда не перейдем к практике. Важно понимать, что российская наука уже давно и серьезно влияет на мировое образование: например, в Университете Ванкувера молодых физиков до сих пор учат по классическим пособиям Ландау-Лифшица. Однако парадокс в том, что сами российские вузы часто сталкиваются с бюрократическими барьерами при попытке попасть в западные базы данных, используемые для рейтингования. Туда по разным причинам бывает просто невозможно войти», – отметил Дмитрий Гришанков.

При этом проведение качественных социологических исследований внутри вузов, которые могли бы дать объективную картину, по мнению Дмитрия Гришанкова, дело чрезвычайно сложное, и до сих пор неясно, кто именно должен взять на себя эту трудоемкую работу. Поэтому, вместо того чтобы каждый раз начинать с нуля или пытаться соответствовать чуждым нам критериям, разумнее опираться на уже апробированные отечественные наработки, скорректировав их под текущие задачи технологического суверенитета.

Участники круглого стола едины во мнении, что существующие глобальные рейтинги не могут служить объективным мерилом качества российского образования, поскольку они ориентированы на медийность, репутационные показатели, интеграцию в западную науку, а не на реальную подготовку кадров и фундаментальность. Российские вузы, наследующие традиции гумбольдтовской системы, исторически нацелены на иные приоритеты: единство образования и науки, широкую теоретическую базу, служение национальной экономике и вкладу университетов в развитие общества.

Ключевая задача сегодня – не копировать западные подходы и не изобретать велосипед, а опираться на уже апробированные отечественные инструменты (например, рейтинг «Три миссии университета»), скорректировав их под актуальные задачи достижения технологического суверенитета. При этом важнейшим направлением становится выработка совместных критериев оценки со странами БРИКС, что требует создания единых баз данных, согласования методологии и проведения масштабных социологических исследований. Только так можно сформировать альтернативную систему рейтингования, отражающую реальное разнообразие и национальные интересы участников образовательного процесса.